Правда, ему еще пришлось заплатить три фунта комиссионных... Всего на аукцион было представлено около 300 произведений русского искусства XIX и XX веков. Продано оказалось только 117, что составило 55% от представленного. Общая сумма продаж — 7,9 млн фунтов стерлингов, что вдвое ниже самого низкого эстимейта (14,5 млн). Этот аукцион завершил одну из самых печальных аукционных недель последнего десятилетия. Она стала наглядным подтверждением того, что бум на русском рынке искусства, подогревавшийся новыми русскими миллиардерами и неудержимым ростом цен на нефть и металлы, закончен. Для сравнения: торги всей недели принесли 10,93 млн фунтов стерлингов, но год назад аналогичная неделя принесла «Кристи» 39,1 млн. На аукционе «Сотби», который более интенсивно и долго торгует русским искусством, результаты чуть лучше, но тоже неутешительны: 25,2 млн, на 5 млн меньше нижней планки эстимейта и на 13 млн меньше, чем в прошлом году. Самым дорогим лотом недели «Кристи» стал «Натюрморт с арбузами» Натальи Гончаровой, проданный за 1,55 млн (нижний эстимейт — 1,5). Картину купил московский коллекционер. Но большинство лотов было продано за цены ниже самых низких эстимейтов, и многие превосходные вещи — той же Гончаровой, Сомова и других мастеров вообще не были проданы. Наталья Курникова, московский дилер, купившая несколько самых дорогих картин аукциона, считает, что если у кого-то еще есть деньги, сейчас — лучшее время для покупок: очень многие произведения совсем недороги. Иные ее коллеги, однако, думают, что цены будут продолжать падать, и нынешние, не отражая реальности сегодняшней экономической ситуации, все еще завышены. На проходившем в эти же дни аукционе МакДугал, продававшем русскую послевоенную живопись, было куплено только около 20% представленного. Самой дорогой стала картина Олега Целкова «Мальчик с шарами» (1988), проданная за 238 000 фунтов (на 38 000 выше нижнего эстимейта). Общая сумма продаж составила треть нижнего эстимейта. Дилер и коллекционер из Вашингтона заметил, что покупатели предпочитают сейчас покупать произведения XIX и начала XX веков, а вот послевоенное и современное искусство считают рискованным вложением капитала. «Рынок сегодня определяют не продавцы, а покупатели. Учитывая общее состояние экономики, эстимейты следующих аукционов будут намного ниже», — делает вывод Алекс де Тизенхаузен из нью-йоркского русского отдела «Кристи». Полагают, что на апрельских аукционах в Нью-Йорке — процентов на 20.