А в том смысле, что почти все объекты уже показывали в Петербурге раньше на персональных выставках. Но это, конечно, не значит, что Эрмитаж — последний в очереди за художниками.Мол, как покажете, нам приносите, мы тоже хотим. Просто у организаторов возникла идея, которая формулируется приблизительно так: «Мы все родом из советского детства. У нас осталось много ненужных вещей».Марина Колдобская, куратор выставки: «Мы живем среди старых идей, среди старых вещей. Это неизбежно. Историю невозможно поделить на то, что было когда-то или то, что прошло. Это наш опыт. Вопрос в том, что с этим опытом делать. Из него можно сделать искусство».Вот, например, Виталий Пушницкий и его «Письма с окраин империи». Раньше, то есть когда проходила его персональная выставка была важна все-таки сама архитектура и настроение величественности упадка. А сейчас, в Эрмитаже, куда важнее, что это доски из забора, который окружал дом его деда на Псковщине. И попробуйте сказать, что смысл не изменился.Здесь смыслы перепутаны, как провода. Как в работе Семёна Молотенца. Работа называется «Коса». Можно понять, что она непременный атрибут крестьянской девушки, но на самом деле — это про нынешний век информационных технологий. Про то, что, даже находясь в толпе, человек сегодня все равно остается одиноким.Это не танцы на костях, это даже не игры в кости. По настроению это скорее воспоминания об уроках труда, когда, взяв обычную шишку, из нее надо было сделать поделку. И совершенно неважно, насколько эта поделка окажется лучше и красивей, чем была шишка.Вот уже известная работа Анны Франц «Газировка». Опускаете три копейки и получаете вместо заветного стакана ностальгическое кино. Оно не лучше, чем газировка. Оно просто арт-объект.Есть и новые работы. Ольга Ростроста связала наноавтомобиль. Нано, потому что маленький, автомобиль, потому что похож. Машина для нее — это не роскошь и не средство передвижения. Это, прежде всего, необыкновенная и красивая вещь.Ольга Ростроста, художник: «Когда я думаю об этом абстрактно, это, конечно, плохо. Это засорение мира. Но когда я думаю о своей машине, иногда хочется ее погладить, как кошку или собаку».Старое железо, старые ящики, старые доски — все это даже при вторичной переработке не становится молодым и красивым. И мысль о том, что мы все вышли из одного сырья, тоже почему-то не особенно греет душу.И понятно, что все это сырье нужно куда-то деть, но почему-то куда приятнее разглядывать наивных пингвинов, которые тоже кажутся здесь удивленными зрителями.Алексей Кобылков.